Сериал "Школа" приукрашает действительность не в переносном, а прямом смысле

Данный текст был написан мной почти год назад, а сегодня он совпадает с номинацией "Неснятая серия" конкурса "КП". Именно этот материал я бы хотел представить на суд жюри.
Настоящая школа куда хуже показанной – в этом уверены миллионы региональных учащихся и выпускников.

Факты – упрямая вещь
Печальная статистика подростковой преступности пугает своими данными, если проанализировать хотя бы сайты органов внутренних дел, то можно заметить сотни криминальных сводок с детьми в главных ролях. И все они, в основном, школьники, как правило, жители небольших городов и сел, коих в нашей стране очень много.

Не менее пугают нравы: отсутствие целей в жизни, разгульный досуг в компании алкоголя и легких наркотиков (а иногда и тяжелых), мало кто из нынешних школяров не знает, где купить травки или «козлухи» (на их сленге паленой водки).
В своих бедах они обвиняют родителей и словно бросают им вызов таким поведением.

Доказательств этих слов десятки, это фото и видео факты, передающиеся в сети, дети не нуждаются в сериале «Школа», они снимают свой собственный каждый день, сидя на уроках, возможно, для того, чтобы их услышали, увидели, поняли и попытались исправить печальную действительность, которою они, может быть, и сами ненавидят.

«Мы загаженное поколение, выросшее в неудачный момент» - так охарактеризовал себя и своих сверстников один из распространителей реалити-видео, 17-летний Иван Станченко.

Ролик, «продюсируемый» им в сети, показал, как отдыхают сельские 15-летние школьники. Литры влитого в юные организмы пива, ранний никчемный секс, сигареты – набор стандартный. Но Ивана тронуло дальнейшая судьба героев, видео снимал его знакомый два года назад, он рассказал, что сейчас кого-то из тех ребят нет в живых, девочки, достигнув 18-ти, подались в проституцию, кто-то просто спился….

«Я добился, чтобы это посмотрели хотя бы 1000 человек и кое-что поняли». А понять нужно то, что время «розовых» очков прошло, и пора реально видеть ситуацию.

Воспоминания
«Девочки поймали меня на улице, они выдумали мне какую-то вину, за которую я должна была быть наказана, повели в темный двор, подгоняя сзади прутами, словно лошадь, я не могла убежать, их было больше 20 человек. В подъезде унижали словесно, стряхивали на голову пепел от сигарет и выдували дым в лицо, потом стали бить, сломали нос, я попыталась вытереть кровь, но преступницы убрали с лица руку и плюнули в него, после повалили на пол, запинывали ногами и плевались, в тот момент я слабо верила в то, что выживу, однако на этом мучения не кончились, за свой «косяк» я оказалась должна им несколько литров водки» - рассказывает бывшая выпускница одной из барнаульских школ.

Примерно такую же сцену можно было наблюдать в фильме Германики «Все умрут, а я останусь». Но то были пафосные московские школьники, в провинции они гораздо опасней. Еще бы, в некоторых школах успешно переняли ныне почившие во взрослом мире традиции «лихих» 90-х. В этих стенах действуют свои законы, и это не устав храма науки – это принципы «кто наглее, тот и прав».

Вот цитата из «Юношеской газеты», датированная еще 2005-м годом. «В одном из районов Барнаула текущая неделя - время расставания с сотовыми телефонами. Такой чести удостоились школьники. Ежедневно энную школу посещает группа парней лет 19-ти. Кто они и откуда не знает никто, но то, чем они промышляют, очевидно. Преступникам известны все владельцы мобильников. Забирают, как правило, самые дорогие. Несмотря на то, что на дверях стоит охранник (цены за услуги которого в этом году кстати повысились для придачи стимула в нелегкой работе) , телефоносборщики заранее поджидают свою жертву в фойе. Далее происходит традиционный для молодежного криминала налет сорока на одного, и тот добровольно отдает телефон. С каждым днем в районе остается все меньше и меньше мобильников»

Таких тревожных сообщений тысячи. Но ситуация оставалось неизменной. Сейчас, когда сор из изб все-таки вынесли, те, кто его зачем-то тщательно маскировал, взволновались: а вдруг придется что-то менять?

А менять придется все. И об этом говорят многие, включая высшую государственную власть.

Но что-то тормозит
При всем уважении к учителям, рискну предположить, что именно их влияние и мешает переменам. Допустившие однажды какую-то ошибку и сломившие свой авторитет, мало кто находит в себе смелость признаться в этом.

Дети потеряли зависимость от педагогов, это очень просто доказать. Сравним школу и ВУЗ. Где к людям, вещающим знания, относятся с большим уважением? Разумеется, в университетах. Почему? Все просто: от поставленного ими зачета или не поставленного зависит человеческая судьба. А вот осознания того, что эта самая судьба зависит и от школьного преподавателя, причем во многом, увы, нет.

Сколько учителей могут похвастаться сотнями выпускников, поздравляющими их хотя бы с 8 марта? Сколько «вторых мам» сами интересуются жизнью «высиженных» птенцов?
Единицы. Именно отсутствие зависимости от педагога, восхищения им, элементарного желания слушать его и уважать породило тот хаос, творящийся в школе и частично показанного в одноименном сериале.

Но и сами учителя страдают от этого, сорванные уроки, порченные вещи, а иногда здоровье, драки, слезы…

Российскому педсоставу очевидно требуется обновление, кардинальное, а это уже реформа не только государственная, но и личная. Ребенка, растущего «В контакте», не увлечешь резьбой по дереву, это факт. Но куда больше восторженных речей можно услышать о педагоге, принимающем реферат или высылающем задания по е-мейл. Про кнут забывать, конечно же, не стоит.

Это лишь один маленький пример возможного налаживания отношений между отцами и детьми, таких следует изобрести великое множество, что вполне может стать первым шагом к позитивным переменам.

Пока осознание этого почти не встречается, большинство, увидев себя в экранном зеркале, среагировали инстинктивно, не признав своих ошибок, а защитив себя. Но горькая правда, как известно, лучше сладкой лжи.

Никита Кисляков